Маша Цуканова, Vogue Ukraine: «Позвольте себе ошибаться и воспринимайте это как опыт»

Кто: Маша Цуканова, главный редактор Vogue Ukraine, экс-главред Коммерсант Weekend

Где: aroma espresso bar на Мечникова, 3

Фото: Лена Попова

Текст и ведущая: Ангелина Оверчук

Партнеры: OhMyLookParker

Представьте, что мы сейчас в большом зале, и я спрашиваю у вас: «А кто хоть раз читал листал, смотрел Vogue?». И 100% сидящих поднимут руки. А если я спрошу, кто работает в моде, то таких будет от силы 5-10%. Итак, Vogue — это не только о новом пальто или цвете босоножек. Это значительно больше. Это о стиле жизни, о манере жить/учиться/веселиться и получать наслаждение от всего, что ты делаешь, что выбираешь, и что с тобой происходит.

Именно поэтому мне сразу было понятно, что Маша Цуканова сможет рассказать о многом и быть не просто вдохновением, но и источником новой и полезной информации. 7 апреля в 11.30 в забитом под завязку зале аромы мы общались с этим удивительным человеком. Что в ней удивительного? Своя точка зрения, потрясающий интеллект, открытость и искренность, которые вызывают новые вопросы к Маше.

Маша Цуканова, Vogue Ukraine: «Позвольте себе ошибаться и воспринимайте это как

Маша, скажите, ваш рабочий день начинается так же, как и у главной героини фильма «Дьявол носит Prada»? Вы бросаете пальто на стол секретарше?

Нет, естественно. Я совершенно другой руководитель, и мой день начинается не так, как у Анны Винтур. Я не понимаю, как можно встать в 5 утра и пойти играть в теннис. Для меня проснуться так рано утром — большая трагедия. А тем более, воскресным утром, как сегодня. Я считаю, что воскресное утро – совсем не для просыпания, потому что у работающего человека вся личная жизнь происходит в ночь с субботы на воскресенье.

Мое рабочее утро начинается с будильника, который настойчиво звенит, пока я его не услышу. Как только я открываю глаза, рядом появляется мой кот, который сует лапы мне в лицо. Это противно, поэтому я просыпаюсь. По дороге на кухню я включаю радио, которое всегда настроено на «ПростоРадио». Кормлю кота, иду в душ и в последний момент успеваю на работу вовремя. Здесь я со всеми вежлива, никуда ничего не бросаю, захожу в свой кабинет и веду себя хорошо. Ни на кого не кричу, не ругаюсь. Точнее, кричу очень редко, не чаще одного раза в месяц.

Маша, а с каким настроением, с каким настроем вы обычно просыпаетесь?

Утро мне дается тяжело. Я просыпаюсь далеко не в боевом духе, но к тому моменту как приезжаю в редакцию, успеваю настроиться на рабочий лад.

Вы жесткий руководитель?

Я руководитель типа «А давайте». Я не могу отдать приказ, мне проще зарядить энтузиазмом и создать дружеский запал.

Творческой командой следует руководить кнутом или пряником?

Мой единственный метод – это метод дружеского энтузиазма.

То есть, вы лидер в команде, за которым идут?

Думаю, да.

Что вы делаете, если нужно очень быстро прийти в состояние творчества и вдохновения?

Я не верю во вдохновение. Я верю в дедлайн, как и каждый профессионал. В нашем деле не бывает такого, чтобы мы сдали номер и ушли на неопределенное время думать о вечном. Если ты сдал номер, на следующий день ты уже начинаешь сдавать следующий номер. Каждый день съемки, каждый день тексты, каждый день верстка, каждый день переговоры по поводу следующих номеров. Если ждать вдохновения, то в какой-то момент накопится комок неразрешимых проблем, и все рухнет.

Что вам позволяет быть каждый день в рабочем состоянии? Уровень самодисциплины?

Вещь, которая меня успокаивает – это часы. Если рядом нет часов, мне тревожно. Я очень дисциплинированна с детства. Но в нашей компании есть люди, для которых дисциплина – внешний фактор, приобретенное качество. Если работаешь как попало, а потом скопом сдаешь громадный объем работы, после пары таких авральных сдач становится себя жалко и ты непроизвольно перестраиваешь свой график так, как это должно быть: распределяешь всю работу равномерно.

Маша Цуканова, Vogue Ukraine: «Позвольте себе ошибаться и воспринимайте это как

Лично на меня дедлайн действует удручающее, так как он искусственно вводит в какие-то рамки. У вас нет такого ощущения?

Единственная ситуация, когда дедлайн может тебя удручить – это когда до сдачи материала осталось меньше времени, чем требуется для выполнения этой задачи. Но это означает лишь то, что ты сам загнал себя в рамки, когда уже ничего изменить нельзя. Если ты нормальный вменяемый человек, то ты никогда себя не поставишь в это положение. Если ты нормальный руководитель и вдруг обнаруживаешь в своей команде такого игрока, ты тут же с ним прощаешься. Как бы ни было тяжело это делать, нужно понимать, что результат дороже, чем один человек, который не может себя организовать.

Наш международный куратор Карина Добротворская приводит достаточно жестокий и, в то же время честный пример: многие известные люди, яркие личности уходили из Conde Nast, думая, что они лучше и ярче этого издательского дома. Как будто здесь «конвейер по производству журналов, а я пойду и сделаю что-то невероятное, индивидуальное». Но в итоге их слава гасла, а Conde Nast оставался все так же силен. То же касается и Vogue, который пережил и пересветил всех звезд, которые в нем работали. И для меня большая честь получить эту работу и стать первым редактором украинского Vogue.

Один известный американский бизнесмен говорит: «Нанимай долго, увольняй быстро!». Как происходит процесс подбора сотрудников у вас?

Знаете, мы собрали очень хорошую команду, но потом все резко начали беременеть. А если серьезно, то мы пол-лета проводили собеседования, по одному выискивали таланты. У главных конкурентов специалистов не перекупали по двум причинам. Во-первых, их очень мало. А с теми, что есть, ты покупаешь готовый результат, в то время как нам нужен был новый журнал – с другими подходами и принципами работы.

Незаменимых людей нет, а в Vogue?

Тем более.

Как вы относитесь к тому, что кто-то уходит из команды?

Когда забеременела наша Юля Пелипас – прекрасный стилист, звезда в своем роде — я несколько суток ходила черная. Я прекрасно понимала, что мне нужно радоваться за нее, поскольку это чудесное событие в жизни женщины, но мне как руководителю было очень неспокойно.

Что вас раздражает в других людях?

Безответственность, отсутствие дисциплины и вранье. Я считаю, что если дал кому-то обещание, то его нужно выполнить. Не можешь выполнить – не обещай.

Как вы справляетесь со стрессом на работе?

Поскольку ответственность колоссальная и проект новый, то если что-то пойдет не так, спросят с меня в первую очередь. И спрашивают. Конечно же, я устаю, но знаете, во время учебы в университете нас научили, что есть определенная категория людей, которым нужно много: которые днем больше всех работают, а ночью громче всех веселятся. Мне иногда кажется, что я как раз такой человек. Я много работаю, но умею быстро переключаться. И без какого либо допинга могу танцевать до утра.

Маша, у меня вопрос об ответственности. Приведу личный пример: если я знаю, что мне нужно сделать 100 номеров журнала, то я буду спокойна, а если я не знаю, когда будет последний номер, то начинаю волноваться и думать: «А если не хватит идей? А если исчерпается поток гостей? И тд». Нет ли у вас такого страха? И не страшит ли само понимание того, что есть настроение/желание/идеи/гости или нет этого — журнал должен выходить каждый месяц, а вместе с этим и вы обязаны продуцировать что-то новое.

Все значительно проще, чем вы думаете. Журнал – средство массовой информации, он несет новости. Не надо ничего специально выдумывать, нужно просто быть в информационном потоке.

Сколько информации вы пропускаете через себя?

Много. Но главное, у нас есть профильные редакторы, которые обязаны знать все по своей специальности. Они приходят с идеями, отфильтровав, что новость формата Vogue, а что нет; что интересно, а что нет; что мы успеем, а что нет; кто из ньюсмейкеров пойдет на контакт, кто нет. Кроме того, у нас проходят планерки, на которых мы делимся своими наблюдениями. И, например, если кто-то заметил что-то интересное в своем спа-салоне, то рассказывает об этом редактору отдела красоты.

Как определить, что Vogue, а что не Vogue?

Это сложный эволюционный процесс. Нужно читать Vogue других стран, разговаривать со старшими товарищами из Conde Nast. По-другому никак. Выписать определенную формулу нельзя. Это такая сумма наблюдений, которая приводит тебя к нужному ощущению.

Кто-то говорит, что не нужно ничего выдумывать, а следует взять, то что есть, и сделать это по-своему. Вы согласны с таким утверждением?

Журналу Vogue в мире — 121 год, и за это время были опробованы тысячи форматов, тысячи манер письма, тысячи заголовков, подходов. Все, что нужно, это просто ознакомиться с проделанной работой и выбрать то, что будет близко украинскому читателю. Не нужно ничего выдумывать: на Украине сегодня нет глянцевой культуры и традиции, которые позволяли бы создавать что-то новое. Нам сейчас нужно учиться. И у нас для этого достаточно возможностей: у нас есть интернет, нет цензуры, относительно свободный визовый режим. И если мы будем хорошо учиться, то наши дети, может быть, смогут создавать новые форматы.

Маша Цуканова, Vogue Ukraine: «Позвольте себе ошибаться и воспринимайте это как

У меня как-то была беседа с главредом другого популярного журнала, и она сказала, что на сегодняшний день в Украине и в Киеве мало людей, о которых бы можно было написать.

Вранье.

Много?

Много.

Входит ли в задачи Vogue выискивать этих интересных людей и беседовать с ними? Открывать по-новому привычных и понятных знакомых, например?

И то и другое. Мне нравится формат американского Vogue – это люди и их истории. Сегодня это один из самых правильных подходов — освещать историю человека и его опыт. Мне обидно, что многим украинцам кажется, будто в Украине не происходит ничего нового и интересного. Это ложь, потому что у нас много замечательных людей, достаточно лишь открыть глаза и посмотреть на мир за пределами телевизора. Необходимо расширять сферу своих интересов.

Задача средства массовой информации – следить за информационным потоком и моделировать его согласно своему формату. Редактор должен рассказать читателю о важном и новом, в том числе о молодых подающих надежды героях. А вот как именно это сделать – это уровень твоего редакторского мастерства. Выбирай героев, в которых есть потенциал, не берись за дешевку. Если ты не можешь найти интересного персонажа и определить, что именно он – будущая звезда, значит, ты не на своем месте. Либо у тебя нет чутья, либо ты не уверен в себе. А если ты делаешь журнал, то тебе нужны и чутье, и уверенность, и умение работать с информацией. Если это не получается, возможно тебе лучше заняться чем-то другим, и там ты принесешь большую пользу.

Я считаю, что пора быть смелее и перестать дрожать, позволить себе ошибаться и воспринимать это как опыт. Когда мы попросили Анну Винтур прислать нам для первого номера небольшое приветствие, она написала, что она порой ошибается, но на каждую ошибку приходится свой выигрыш, и этого достаточно для того, чтобы двигаться вперед, чтобы удивлять читателя и удерживать его интерес. Скучно читать журнал, где собраны одни только проверенные и перепроверенные временем герои. Чем тогда это издание отличается от остальных и в чем его польза? Нужно быть смелее и не бояться критики. А критика — это нормально, это часть работы.

Главред – это дальновидный человек или же каждое новшество в журнале — это очередной риск?

Нет гарантированного рецепта «Налево пойдешь – коня найдешь, направо пойдешь – меч найдешь». Если бы он был, все бы ему следовали, но поскольку рецепта нет, то ты, безусловно, рискуешь. Конечно, ты видишь траекторию между тем, где ты сейчас и где ты хочешь оказаться. Но даже если ты знаешь, как этого добиться, никто не гарантирует, что именно это и есть правильный путь. Существует множество запланированных и незапланированных факторов, которые могут повлиять на развитие событий.

Маша Цуканова, Vogue Ukraine: «Позвольте себе ошибаться и воспринимайте это как

Вы сказали, что культуры глянца в Украине нет. Почему это так?

В советском Союзе глянца вообще не было. А сейчас в Украине конкуренция очень поверхностная. Если вы подойдете к киоску, у вас глаза не разбегутся. Хорошо, что журналы хотя бы отличаются, но особой борьбы за читателя не существует. Поэтому нам нужно самим себя подхлестывать.

Что вы называете удачей в работе?

В работе очень просто: ты задумал крупный проект и он получился. Взятая планка – это, безусловно, удача. Когда планка завышена, и ты ее берешь – это круто.

А провалом?

Выпустил номер, а его никто не купил.

Чутье и уверенность в себе – это те качества, которые нужны в данной работе?

Да, безусловно, и это работа целой команды. Например, в апреле мы сделали большой материал о группе Dakh Dauters, о которой никто и никогда не писал. Редактор культуры Валя Клименко была на их первом концерте, и прямо оттуда звонила, что о них срочно нужно писать. Мы решили, что сделаем большую съемку и что будем первыми, кто откроет эту группу. Вся команда приносит идеи и формирует номер, а если редактор готов только выполнять задания и работать от звонка до звонка, то этот человек долго с нами не проработает.

Кто-то уходит с работы в 6 часов вечера?

Время от времени везет. Но бывает и так, что нужно трудиться до 4-5 часов утра и работать в субботу и воскресенье. Тем более, пока журнал только становится на ноги форс-мажоры, неизбежны. Я недавно с ужасом вспоминала, что когда мы ставили «Ъ-Weekend», у меня 3 года не было каникул. Сейчас я думаю, неужели и с Vogue будет так же? Но если так не горишь работой и не испытываешь от нее радости, то ты никогда не сделаешь ничего стоящего.

Как вы думаете, какие ваши личные качества сделали вас кандидатом №1 на пост главреда?

У меня низкий порог страха, мне очень нравится все новое. Я люблю журналистику. Многие думают, что если делают журнал о моде, то они делают моду. А я помню, что я делаю журнал. Мне нравится читатель, и когда журнал хвалят читатели, это лучший день в моей жизни. Возможно, теоретически кто-то подходит для этой работы лучше, но из всех несуществующих лучших кандидатур, я оказалась лучшей существующей.

Маша, а хотелось бы что-то в себе изменить?

Наверное, только со стороны видно, что во мне не так, и что стоило бы изменить. Я-то себе кажусь абсолютно правильной. Я допускаю, что стать в мои годы главредом Vogue – аномалия. Но зачем лечить такую замечательную аномалию? Нестабильная личная жизнь – тоже наверное аномалия, но если бы я знала как от нее избавиться, то давно бы уже это сделала. А что касается образования и кругозора, то я готова расширять их бесконечно, и всегда готова к новым ощущениям.

Наглость – второе счастье?

То, что качество жизни она повышает в разы – это факт. Я разграничиваю бытовое хамство и здоровую наглость. Здоровая наглость – это очень хорошо, а хамство – очень плохо. Здоровая наглость – это смелость стоять за свои права.

Низкий порог страха помогает не бояться критики и ошибок?

Критики боюсь, мне она не нравится точно так же, как и вам, наверное. Но желание делать мир лучше всегда перевешивает страх. Ради этого я каждый день просыпаюсь.

Маша, давайте поговорим о вас, а не о журнале: как вы пришли в журналистику?

В студенческие годы папа сказал, что если я не найду работу, то он сам мне ее найдет. А тут как раз сокурсник рассказал, что неподалеку от университета одна молодая газета ищет «девочку из могилянской академии, которая везде тусит». Так я стала светским хроникером.

Маша Цуканова, Vogue Ukraine: «Позвольте себе ошибаться и воспринимайте это как

Маша, я прочла где-то, что ваша задача с помощью журнала рассказать людям, что нужно меняться. Действительно ли это так? Или же журнал механически подает информацию в красивых картинках?

Никто ничего не делает механически. На рынке, на котором пока нет традиций глянца, просто невозможно работать по накатанной, потому что нет готовых опробованных решений, нет проверенных связей. А в нашем случае три месяца назад журнала и вовсе не существовало. Мы рисовали шрифты, выбирали бумагу, строили рубрикатор, каждый день ищем темы и героев – каждый из этих шагов обдуман и осознан.

Какой вы видите в Украине девушку-Vogue?

Возможно, я несколько идеализирую эту девушку, но у нее хорошее образование, возраст чуть больше 30лет, она работает, путешествует, читает, следит за собой. Она любит культуру и ее жизнь кипит. На самом деле таких женщин становится все больше с каждым годом. Естественно, они ищут свой путь, и мы хотим помогать им в этом.

Как вы считаете, не становятся ли современные женщины конкурентами своим мужчинам? В одном интервью вы как-то сказали, что время уже осознать девушкам, что они не дополнение к мужчинам, а могут точно так же строить карьеры, пользоваться большими возможностями и тд.

Я уверена, что успешные, умные и смелые мужчины, которые не боятся успешных, умных и смелых женщин, существуют. А вот как их заинтересовать, как найти баланс между деловыми качествами и женственностью – это уже отдельный вопрос. Часто мы думаем, что на работе нужно упорно стараться и добиваться своей цели, а личная жизнь срастется сама по себе. В личной жизни точно также нужно стараться и трудиться. Если ты переживаешь по поводу деловой встречи, научись переживать точно также по поводу свидания. Я верю, что женский крик об отсутствии мужчин – просто оправдание лени и слабохарактерности. Я верю в украинских мужчин. Мне кажется самообманом, когда украинки выходят замуж в Европе и бросают здесь все, что им было дорого. Нужно бороться за свое счастье здесь.

Маша, когда вы приступили к работе, было ли ощущение, что еще чему-то нужно обязательно научиться?

Честно говоря, я вообще не понимала с чего начинать. После того, как я прошла все собеседования и меня выбрали, наступила паника. Было тяжело, я оказалась далеко за пределами своей зоны комфорта. Но нужно было просто начать, чтобы понять, что с любой работой можно справиться, тем более, что в меня верили такие опытные издатели.

Вы полагаетесь только на себя?

Нет, на других я тоже полагаюсь, но это живые, конкретные люди, и я точно знаю от кого и что ожидать. В сверхъестественные силы не верю и чудес ни от кого не жду.

Маша, что такое мода?

Когда ты смотришь на одетого человека, моментально считываешь массу информации – о времени и месте создания одежды, о создавшем ее дизайнере и марке, на которую он работает, о человеке, который в нее сейчас одет и обстоятельствах его жизни. Это бешеный пласт информации, который считывается естественно и легко, как дыхание. Моду сложно сравнить с чем-либо еще. Такого удивительного соотношения красоты и пользы, такой гармонии между ними нет, наверное, больше нигде.

То есть встречают по одежке и провожают тоже по одежке?

Ну встречают точно по одежке. Едва увидев человека на улице, вы сразу понимаете, есть ли у вас общие темы для разговора.

Изменился ли ваш стиль с приходом в журнал, и есть ли в вашем контракте какие-то табу?

У меня есть обязанности, которые выходят за рамки простой редакторской работы – например, публичные выступления и интервью. Прописанного дресс-кода или табу нет. Стиль, конечно же, изменился. Появились каблуки, другой макияж – но все меняется естественно, новым человеком я не стала.

Есть ли у вас внутренний критик? Он помогает или мешает?

Есть, причем суровый. Он очень помогает. Смотрит на результаты и говорит, что сделано плохо, а что хорошо. А еще есть внутренний барометр. Я считаю, что все ситуации в жизни делятся на: «ты что-то теряешь» и «ты ничего не теряешь». Там, где есть риск потерять, нужно остановиться и десять раз обдумать свой поступок. А если терять нечего, нужно смело действовать.

Маша, в разговоре вы сказали, что вам 30 лет и вы до сих пор одна. Не кажется ли вам, что от это стереотип и от него нужно отказаться наконец-то. То, что женщина сама выбирает удобный возраст для замужества — давно норма в мире.

Я так говорю как раз чтобы апеллировать к этому стереотипу. Вот этим клише «одна в тридцать» я хочу напомнить, что отношения – тоже работа, и точно так же, как карьеру, их нельзя пускать на самотек. Официальный брак меня всегда отпугивал, но в любовь я свято верю. Мне очень хочется, чтобы дома меня ждал человек, который после тяжелого дня возьмет за руку и поговорит со мной о чем-то, что не касается работы.

Очень важно, чтобы тебя любили и ты любил. В анкете Пруста я увидела вопрос «К чему Вы испытываете отвращение?» и ответ: «К людям, которые пренебрегают счастьем любви». Я расплакалась, когда первый раз читала этот опросник. Потому что твое человеческое качество определяется тем, любишь ты кого-то или нет. Если ты никого не любишь, то совершенно неважно, чего ты добился в карьере, какое ты занимаешь положение и прочие заслуги. Ты можешь просто не просыпаться. Я очень верю в любовь.

Маша Цуканова, Vogue Ukraine: «Позвольте себе ошибаться и воспринимайте это как